Сама лишь перспектива встречи лидера Китая Си Цзиньпина, российского диктатора Владимира Путина и президента США Дональда Трампа в рамках ежегодного саммита лидеров Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС) в следующем месяце вызывает беспокойство среди традиционных союзников Америки, не говоря уже об Украине. И это вполне оправдано, пишет в статье для Bloomberg обозреватель Марк Чемпион.
Одной из причин для осторожности является сам факт, что Путин уже некоторое время настаивает на этом, в последний раз — во время телефонного разговора с президентом США 9 октября. Кремль утверждает, что подготовка к встрече продолжается, но Трампу стоит задуматься, почему Москва так заинтересована в саммите, прежде чем соглашаться на участие.
Одним из привлекательных моментов для Кремля является то, что такая встреча фактически оставит в стороне Украину и Европу — два объекта российской агрессии, которые препятствуют заключению широкого соглашения, к которому стремится Путин.
Когда представитель Трампа Стив Уиткофф на этой неделе представил обновленное предложение о прекращении огня, разработанное совместно с украинцами и европейцами в Осло, реакция помощника Путина Юрия Ушакова была пренебрежительной. По словам Ушакова, предложению “не хватало содержания”.
Этот “спектакль” вокруг мирных усилий продлится ещё некоторое время, отмечает обозреватель.
Ушаков заявил, что россияне могут быть заинтересованы в возобновлении переговоров на более низком уровне в следующем месяце, перед возможным трехсторонним саммитом в рамках встречи лидеров стран АТЭС 18–19 ноября в Китае.
Однако реальные переговоры вряд ли возможны до конца зимы. Путин считает, что имеет достаточно большое преимущество в воздушной войне, чтобы следующей весной заставить Украину капитулировать или оставить страну в руинах. Оба варианта он будет считать победой, пишет обозреватель.
Трамп, похоже, не беспокоится об этом, поскольку его больше интересуют потенциальные коммерческие выгоды от “перезагрузки” отношений между США и Россией. Поэтому на этой неделе американский лидер проигнорировал последствия ежедневных российских атак на украинские гражданские объекты, заявив, что Россия “ведет себя нормально” в отношении Украины и “не делает ничего особенного”. Уиткофф, который на этой неделе встретился с Путиным, даже назвал российского диктатора “гуманистом”, чем вызвал волну критики в свой адрес.
Трамп рассчитывает, что сможет возложить вину за продолжение войны на Европу и Зеленского, а новость о нефтяных танкерах, направляющихся в США с российским дизельным топливом (чтобы снизить цены), поможет ему политически накануне промежуточных выборов 3 ноября. К сожалению, некоторые американские избиратели могут согласиться с этим, а торжественность и размах, которые будут сопровождать потенциальный саммит лидеров великих держав, также могут сыграть в пользу Трампа.
Для Путина ставки выше. С того дня, как российские войска начали полномасштабное вторжение в Украину, глава Кремля четко продемонстрировал, что его цель заключается не только в захвате территории, но и в изменении всей архитектуры безопасности Европы таким образом, чтобы Россия смогла восстановить свое влияние на всем континенте и вернуть себе статус великой державы. Трехсторонняя встреча в Китае стала бы решающим шагом в этом стремлении. Привлекательность перспективы такого саммита для России усиливает и тот факт, что Си является близким союзником Путина. Это будет двое против одного — на родной земле Си.
Если бы такой саммит открыл путь к компромиссу по поводу войны РФ против Украины, а также по поводу Тайваня и других точек глобальной напряжённости, то его проведение было бы оправданным. Но так это не сработает. Путин не стремится к признанию России в качестве великой державы лишь ради статуса. Российский диктатор хочет установить господство над соседними странами.
Отсюда и ажиотаж в российских СМИ по поводу того, что саммит в Шэньчжэне мог бы стать второй Ялтинской конференцией. На Ялтинской конференции в 1945 году Уинстон Черчилль, Франклин Д. Рузвельт и Иосиф Сталин не только заложили основу для Организации Объединенных Наций, но и договорились обеспечить самоопределение через свободные демократические выборы для оккупированных стран. Сталин, конечно, не соблюдал договоренности, продолжив фактическую оккупацию территорий, которые впоследствии вошли в Варшавский договор.
Стоит отметить, что Трамп, похоже, направляет обсуждение потенциальной повестки дня саммита в Китае в сторону контроля над ядерным оружием, а не на Украину или сферы влияния. Это важное направление дипломатии. Это также сфера, в которой интересы США и России совпадают в противовес интересам Пекина. Си быстро наращивает ядерный арсенал своей страны, но Китай пока далек от паритета, что, вероятно, сделает любое соглашение о контроле над вооружениями, которое устроило бы Москву и Вашингтон, непривлекательным для Пекина.
Это одна из причин, по которой саммит может не состояться, что было бы к лучшему, учитывая неоднозначные последствия предыдущих саммитов великих держав. Результаты таких встреч, как правило, в значительной степени зависят как от баланса сил на тот момент, так и от личных сильных и слабых сторон лидеров. Мюнхен 1938 года не нуждается в дополнительных комментариях. Ялтинская конференция состоялась в условиях, когда три союзника военного времени, сидевшие за столом переговоров, все еще держали на поле боя миллионы солдат. Рузвельт тогда страдал от сердечной болезни и вместе с Черчиллем чрезмерно доверял Сталину, который ими манипулировал. Следствием саммита стали раскол Европы и холодная война.
Саммит Джона Ф. Кеннеди с Никитой Хрущевым в 1961 году стал дипломатической катастрофой, которой лучше было бы избежать. Хрущев ушел со встречи с мнением, что Кеннеди слаб, неподготовлен и недисциплинирован. Последствиями стали Берлинский кризис 1961 года и Карибский кризис, когда советский лидер пытался использовать преимущества, которые, по его мнению, у него были.
Так как же оценить перспективы Трампа в Шэньчжэне, если саммит состоится? Прежде всего стоит отметить, что опыт Трампа в проведении громких саммитов не вселяет оптимизма. В своих отношениях с Путиным он неоднократно напрасно отдавал козыри, демонстрируя, что слишком доверяет российскому диктатору. Встречи Трампа с Путиным в Анкоридже в прошлом году и с северокорейским лидером Ким Чен Ыном в 2018 году, организованные со всеми почестями, оказались неудачными из-за плохой подготовки. Трамп известен тем, что не уделяет внимания деталям.
Во-вторых, общие обстоятельства не будут благоприятными ни для одного американского лидера. США ведут изнурительную войну с Ираном, в которой пока не видят очевидного пути к успеху. Иран — страна, с которой и Китай, и Россия поддерживают тесные связи. Это дает Путину и Си рычаги влияния в любых переговорах, тогда как Трамп уже ослабил свои позиции в отношении Украины, прекратив большую часть американской поддержки. Прочные альянсы Америки в Европе и Азии, которые ранее были значительным преимуществом перед Пекином и Москвой, ослабевают, прежде всего в результате действий самих США. Эти альянсы ждет ещё больший ущерб от любого соглашения, заключённого в Китае без участия американских союзников. Особенно если Трамп променяет геополитические потери союзников на коммерческие выгоды для США, как он склонен делать.
Даже если бы не было попытки устроить “вторую Ялту”, а трехсторонняя встреча в Шэньчжэне состоялась бы с чисто символической целью, это всё равно может иметь свои последствия, в частности отвлечение внимания. Ведь на фоне всего этого шума мир мог бы поверить, что что-то делается для прекращения войны РФ против Украины и предотвращения дальнейшей потенциальной эскалации в Европе, хотя на самом деле это не так. Такой сценарий сыграл бы только на руку Путину, считает обозреватель.
Редакционная коллегия WSJ также предупреждала о рисках нового глобального триумвирата Трампа, Си и Путина. Любая встреча этих трех лидеров, на которой они будут пытаться диктовать судьбу Украины, станет ошибкой и может создать предпосылки для более масштабного конфликта, подобно Ялтинской конференции, заложившей фундамент холодной войны. Си и Путин совместно работают над подрывом интересов и влияния Америки, а новый триумвират, который разделит мир на сферы влияния, подорвет глобальный авторитет США, писало издание.