В китайской провинции Сычуань завершается строительство нового завода по обогащению урана. Некоторые американские исследователи предполагают, что Китай будет использовать этот завод для производства расщепляющегося материала для ядерного оружия, что положит конец почти 40-летнему перерыву в производстве таких материалов в стране. Все это свидетельствует об одной из самых серьезных угроз национальной безопасности США: Китай стремительно наращивает ядерные силы, открывая путь к беспрецедентной эре нестабильности вокруг самого опасного оружия в мире, пишет WSJ.
На протяжении десятилетий американские политики разрабатывали и совершенствовали стратегию ядерного сдерживания, направленную против одного главного противника — России. Однако впервые с начала “атомной эры” США вынуждены готовиться к противостоянию с двумя великими державами, обладающими значительным ядерным потенциалом.
Некоторые эксперты по контролю над вооружениями называют эту динамику “проблемой трех тел”, имея в виду сложную задачу, в которой три небесных тела влияют друг на друга, что делает их движения крайне непредсказуемыми. Новый период неопределенности и недоверия грозит возобновлением ядерной гонки.
На этой неделе президент США Дональд Трамп встретится с китайским лидером Си Цзиньпином и российским диктатором Владимиром Путиным на трехстороннем саммите, в ходе которого глава Белого дома хочет обсудить вопросы контроля над ядерным оружием. Пекин неоднократно отказывался от переговоров по этому вопросу, опасаясь, что это может привести к ограничению его ядерного арсенала. Китай подчеркивает, что у него меньше ядерного оружия, чем у США или РФ.
Однако с начала этого десятилетия арсенал Китая вырос с более чем 200 до примерно 600 ядерных боеголовок. Хотя китайский ядерный арсенал по-прежнему значительно уступает запасам США и России, такое стремительное наращивание вызвало беспокойство среди американских чиновников, многие из которых считают, что нынешней ядерной стратегии и структуры Вооружённых сил США недостаточно для реагирования на эти изменения. По прогнозам Пентагона, к 2030 году Китай будет иметь более тысячи ядерных боеголовок.
Министерство иностранных дел Китая заявило, что Пекин “всегда поддерживает свой ядерный потенциал на минимальном уровне, необходимом для национальной безопасности, и не намерен вступать в ядерную гонку с какой-либо страной”.
Высокопоставленный американский чиновник накануне саммита Трампа, Си и Путина отметил, что Вашингтон осознает трудности, с которыми сталкивается Китай при обсуждении вопросов контроля над ядерным оружием, но считает, что Пекин должен участвовать в серьёзных переговорах на эту тему.
Между тем в феврале истек срок действия договора между США и Россией, который в течение длительного времени устанавливал ограничения на их ядерные запасы. Впервые за полвека ядерное вооружение большой дальности США и России не ограничивается юридически обязательным соглашением.
“Мы стоим на пороге того, что, вероятно, станет гонкой вооружений на основе принципа «действие-реакция» на фоне триполярной ядерной конфигурации. Это происходит именно в тот момент, когда инструменты, о которых мы ранее договаривались для стабилизации и снижения риска просчетов, теряют силу”, — отметил Пол Дин из некоммерческой организации “Инициатива по ядерной угрозе” (Nuclear Threat Initiative).
Динамика, которая долгое время существовала между США и Россией, была относительно простой для понимания. Каждая сторона создавала ядерные силы, способные выстоять при первом ударе и ударить в ответ. Перспектива взаимного гарантированного уничтожения обеспечивала стабильность двусторонней системы.
Сейчас, по словам экспертов, многие в США считают, что Вашингтону нужно подумать, какой арсенал ему понадобится для сдерживания второго крупного противника. Американские военные стратеги обсуждали расширение производства ядерных боеголовок, а также вывод из хранилищ неактивных боеголовок для увеличения количества готовых к применению.
Китай долгое время придерживался стратегии, которую эксперты называли “минимальным сдерживанием”, поддерживая небольшой ядерный арсенал. США рассматривали Китай как “менее значимый аспект” ядерной угрозы, полагая, что американского арсенала, размер которого рассчитан на сдерживание главного соперника — Москвы, — будет достаточно и для сдерживания Пекина.
Однако при правлении Си Китай, похоже, отошел от политики “минимального сдерживания”. Только за последние пять лет китайские военные построили три новых комплекса шахт для хранения и запуска межконтинентальных баллистических ракет. Пекин также расширяет системы запуска боеголовок.
Чем больше боеголовок производит Китай, тем больше расщепляющегося материала ему понадобится. Согласно анализу эксперта по контролю над вооружениями Хи Чжана, мощности Китая по обогащению урана за последние шесть лет удвоились и сейчас превышают потребности страны в гражданских целях.
Некоторые из новейших китайских центрифуг для обогащения урана расположены в промышленном парке в провинции Сычуань. Китай не предоставил Международному агентству по атомной энергии доступ к этим объектам, и они не упоминаются в ежегодных отчетах китайского регулятора гражданской ядерной энергетики. Такой уровень секретности, по мнению Чжана, свидетельствует о том, что эти объекты могут использоваться в военных целях. По оценкам, установленные центрифуги способны производить достаточно высокообогащенного урана для создания тысяч ядерных боеголовок. Недавнее наращивание количества боеголовок, по всей видимости, почти исчерпало запасы обогащенного урана в Китае.
Эксперты по ядерным вопросам считают, что Китай прекратил обогащение урана для военных целей в 1987 году, хотя Пекин никогда публично об этом не заявлял. Китай является единственным постоянным членом Совета Безопасности ООН, который не объявил мораторий на производство расщепляющихся материалов для оружия.
Эксперты отмечают, что усилия США по расширению системы противоракетной обороны способствуют наращиванию ядерного потенциала Китая. Чем больше США говорят о противоракетной обороне, тем больше Китай беспокоится, что у него недостаточно ракет для сдерживания, считает бывший чиновник Госдепартамента США Марк Гудман.
В отчете за 2023 год комиссия Конгресса по стратегическому положению США отметила, что Вашингтон больше не должен рассматривать ядерные силы Китая как “менее значимую” угрозу. Комиссия призвала США переоценить численность и состав своих ядерных сил с учётом возможности совместной агрессии со стороны России и Китая.
По мнению Дина из “Инициативы по ядерной угрозе”, решение США о расширении своих ядерных сил окажет давление как на Пекин, так и на Москву, даже если Вашингтон объяснит, что наращивание является ответом на новую “трехстороннюю конфигурацию”.
“Ни Россия, ни Китай не поверят США на слово. У них появится стимул для наращивания своих сил”, — отметил Дин.
Десятилетия переговоров по контролю над вооружениями и ряд договоров между США и Россией привели к резкому сокращению ядерных арсеналов по сравнению с пиком времен холодной войны.
Двусторонний договор между США и РФ — СНВ-III — утратил силу в начале этого года. Вместе с ним перестали действовать каналы связи и системы взаимного мониторинга между США и Россией, что затруднило для американцев возможность отслеживать, что именно Москва делает со своим ядерным оружием.
Путин предлагал Трампу заключить устное соглашение о сохранении ограничений на ядерные арсеналы в течение года в качестве временной меры, пока будут продолжаться переговоры о будущих договоренностях. Администрация Трампа подчеркивает, что любое новое соглашение должно включать Китай.
Эксперты отмечают, что, как и вопрос сдерживания, дипломатические переговоры также усложнились из-за участия трёх игроков. Россия, сосредоточенная на войне против Украины, имеет иные приоритеты, чем Китай, отметил Дэрил Кимбалл из Ассоциации по контролю над вооружениями.
“Россияне осознают, что многие в администрации Трампа рассматривают возможность увеличения количества боеголовок в США. Они предпочли бы избежать этого, если это возможно, поскольку российские Вооруженные силы перегружены”, — добавил Кимбалл.
Это создает ситуацию, когда Москва и Вашингтон сталкиваются с общей проблемой — нежеланием Пекина ограничивать свой ядерный арсенал.
Даже само налаживание надежного диалога по ядерным вопросам между Пекином и Вашингтоном стало бы победой для США, считают некоторые аналитики.
“Китай традиционно рассматривает непрозрачность как стратегический актив”, — заявил Гудман.
Опасность для администрации Трампа заключается в том, что Китай может использовать свою заинтересованность в ядерном соглашении, чтобы добиться от США уступок в других сферах, таких как поддержка Тайваня.
“Китай также рассматривает наши интересы как возможность оказывать давление”, — добавил Гудман.
Сообщалось, что глобальные расходы на ядерное оружие достигли рекордного уровня. Согласно исследованию Международной кампании за отказ от ядерного оружия (ICAN), расходы на ядерное оружие девяти ядерных держав в 2025 году выросли почти на пятую часть — до $119 миллиардов.
Рост на 19% по сравнению с 2024 годом привел к самым высоким расходам на ядерное оружие с тех пор, как в 2020 году ICAN начала отслеживать ежегодные расходы на ядерные арсеналы США, России, Китая, Франции, Великобритании, Индии, Пакистана, Северной Кореи и Израиля. Такое увеличение расходов, а также опасения, что ИИ может повысить риск применения ядерного оружия, вызывают крайнюю тревогу, говорят эксперты.
Алексей Ижак отмечал, что для США, даже с учётом риска китайско-российского ядерного альянса, гораздо более важными становятся отношения с ядерными и неядерными союзниками, в частности система расширенного ядерного сдерживания в рамках НАТО. Кто действительно выиграл после смерти СНВ-III и исчезновения ядерных ограничений, а кто остался с пустыми угрозами, Ижак рассказывал в статье “Ядерный договор умер: Америка страхуется, Россия деградирует, Китай — последний шанс Москвы в ядерной игре”.