The Economist: ЕС не потратит государственные активы России на восстановление Украины и вот почему

«Грабители не должны ожидать, что банки будут заботиться о безопасности их депозитных ящиков». Так пишут бывший министр финансов США Ларри Саммерс и его соавторы в недавней статье, аргументируя необходимость ареста российских активов на западных счетах.

Более 225 миллиардов долларов активов российского Центробанка заморожены только в ЕС. Политики в странах-членах на востоке Европы, не говоря уже о самой Украине, хотят использовать эти деньги для возмещения ущерба, нанесенного российским вторжением.

«Проблема состоит в том, что согласно международному праву не существует четкого способа арестовать эти активы без голосования в Совете Безопасности ООН, решения Международного суда ООН или послевоенного урегулирования. Каждый из этих способов требует согласия России», – пишет The Economist.

Последней, кто узнал это, была президент Еврокомиссии Урсула фон дер Ляен. Выступая на ежегодной конференции по вопросам восстановления Украины в Лондоне 21 июня, она объявила, что Еврокомиссия к лету выдвинет предложение по использованию замороженных активов России. В то же время послы 27 стран-членов ЕС обсуждали юридическую оценку этого вопроса, предоставленную Швецией, председательствующей в ЕС на ротационной основе. По словам многих собравшихся за столом, вердикт заключался в том, что юридические препятствия будут огромными.

Приблизительно через неделю лидеры стран ЕС сказали Комиссии ограничить любую инициативу тем, что правдоподобно с юридической точки зрения: обложить налогом на непредсказуемые доходы частные фирмы, удерживающие замороженные российские активы и, таким образом, получающие от них прибыль. По сообщениям СМИ, даже этот план настолько противоречив среди стран-членов, что его рассмотрение было отложено до конца лета. Европейский центральный банк (ЕЦБ) также имеет серьезные оговорки.

Эксперты говорят, что с юридической точки зрения план кажется обоснованным. Частный клиринговый центр и депозитарий ценных бумаг в Бельгии Euroclear был вынужден прекратить проведение всех платежей в Россию в результате санкций. Сейчас в нем находятся активы и наличные деньги на сумму почти 200 миллиардов евро. Меньшие суммы заморожены на счетах подобных фирм в других странах. Эти активы приносят прибыль: в случае Euroclear 720 миллионов евро прибыли до налогообложения только за первый квартал 2023 года.

«Эту прибыль можно было бы облагать налогами более высокими налогами: по ставке, приближающейся к 100%, — чтобы обеспечить поступления в бюджет. Клиринговый центр оставил бы что-то, чтобы компенсировать расходы на управление денежными средствами (которые, по данным Euroclear, составили 9 миллионов евро за первые три месяца 2023 года) и любые требования к капиталу, устанавливаемые регуляторами. Однако ЕЦБ и некоторые министры финансов опасаются за репутацию евро», – говорится в статье.

Любой шаг против активов российского Центробанка может подорвать евро и европейские государственные облигации как средство сохранения стоимости других центральных банков во всем мире. По их мнению, Европа должна действовать в тандеме с другими государствами G7, чтобы репутационные потери были общими.

Критики позиции ЕЦБ утверждают, что любой репутационный ущерб уже нанесен: резервы потеряли всякий смысл для России, когда их заморозили. 12 июля G7 четко заявила, что замораживание будет оставаться в силе, пока Россия не заплатит за ущерб, причиненный Украине, что должно стать стимулом для России к урегулированию конфликта. Если удастся достичь согласия между странами G7, Еврокомиссия предположительно представит предложение после лета.

Обсуждаются и другие идеи. ЕС мог бы попытаться получить большую отдачу от активов, например, требуя от частных лиц, владеющих российскими средствами, вложить их в высокодоходные инвестиции, а доходы перечислить в фонд ЕС.

«Но этот вариант был снят с повестки дня: юридические риски считаются выше, поскольку ЕС принимал бы более активную роль в управлении российскими активами. Если инвестиции терпят убытки, европейские налогоплательщики могли бы нести ответственность перед российским Центральным банком, что было бы неудобно», – пишет The Economist.

ЕС отверг и более радикальные предложения. Изъятие российских активов в одностороннем порядке было бы очевидным нарушением интернационального права. Государства обладают иммунитетом от правовой юрисдикции других стран и от экспроприации их собственности для погашения долгов. Согласно международному праву, санкции против России допустимы только как способ побуждать ее действовать по-другому. Простая конфискация активов выходила бы за пределы того, что разрешают глобальные правила.

«Правила по контрмерам содержат тонкий баланс между тем, что государствам нужно разрешить делать для защиты себя и своих прав, и риском злоупотреблений, особенно со стороны мощных государств», — говорит Федерика Паддеу из Кембриджского университета.

Она добавляет, что такие меры должны быть временными, по возможности, обратимыми и направленными на изменение поведения, а не на наказание.

Такая скрупулезность особенно важна для ЕС – клуба, основанного на правилах. На фоне геополитического соревнования между США и Китаем, где международные нормы, кажется, имеют все меньшее значение, ЕС стремится отстаивать их там, где это возможно. В своих последних попытках уменьшить зависимость от Китая европейские политики прилагают усилия, чтобы найти меры, отвечающие мировым правилам торговли.

«Менее благородно государственный иммунитет защищает крупнейшую страну ЕС, Германию, от исков жертв нацистской оккупации. Десять лет назад Международный суд ООН постановил, что итальянские и греческие суды не могут присуждать немецкие государственные активы истцам по таким делам. Существует мало шансов, что Германия согласится на подрыв государственного иммунитета», – пишет The Economist.

Налогообложение частных доходов от активов Кремля может показаться слишком малым для украинцев и других, кто возмущен зверствами России. Но это самое большое, на что готов пойти ЕС.

Последние новости

Похожие новости