Politico: Россия переживет поражение в Украине, но что будет дальше?

В разгар российской войны против Украины внимание Вашингтона по понятным причинам сосредоточено на сохранении мощной западной поддержки отважных усилий Киева, направленных на отпор российской агрессии и изгнание врага со своей территории. Неудачи в украинском контрнаступлении дали понять, что победа будет не скоро, если будет вообще. Впереди долгая война на истощение.

«Но конфликт в конце концов закончится, и США встанут перед вопросом о России. Победа, поражение или ничья, – Россия не исчезнет как главный вызов», – говорится в статье научного сотрудника Council on Foreign Relations и бывшего директора Национального совета безопасности США по вопросам России в администрации Джорджа Буша-младшего Томаса Грэма, которую публикует американская редакция Politico.

Несмотря на удивительные прогнозы некоторых западных аналитиков, шансы на распад России в результате войны ничтожно малы. В отличие от агонизирующего Советского Союза, РФ удерживают вместе мощные центростремительные силы, включая патриотизм и ксенофобию, цепи поставок и критически важную инфраструктуру, не говоря уже о мощных службах безопасности, стремящихся использовать ресурсы всей страны. Несмотря на наличие значительных меньшинств, в частности татар в Поволжье, и дух сепаратизма, страна остается в подавляющем большинстве этнически русской. А страны, этнически однородные, редко, если вообще не распадаются по внутренним причинам.

Поражение в Украине может обострить внутреннюю напряженность, но оно не повлечет за собой демократический прорыв, как надеются некоторые эксперты. За последние несколько лет Кремль уничтожил демократическую оппозицию, арестовав ее лидеров или отправив их в изгнание, а также систематически разрушая оппозиционные политические сети по всей стране.

«Если не произойдет каких-то чрезвычайных событий, послевоенная Россия с Владимиром Путиным во главе или без него, скорее всего, будет узнаваемой версией своего исторического «я», авторитарной по внутреннему устройству, экспансионистской по порывам, экономически и технологически отсталой, но полной решимости играть роль большого государства. Эта Россия будет соперником США», – считает Грэм.

Он добавляет, что такая Россия все еще будет иметь значение. Благодаря своему большому ядерному арсеналу, кибернетическим и космическим возможностям, а также военному потенциалу, она будет и впредь оставаться ключевым фактором стратегической стабильности. Любой кодекс поведения в киберпространстве будет неполным, если он не будет включать Россию. Сдерживание распространения оружия массового поражения и сдерживание ядерных амбиций Ирана и Северной Кореи будет требовать американо-российского сотрудничества.

Россия будет оставаться критически важным компонентом европейской безопасности. Неотложный вопрос состоит в том, нужно ли переделывать архитектуру европейской безопасности, чтобы защитить континент от России в долгосрочной перспективе, или возможно ли построить эту архитектуру в сотрудничестве с Россией после того, как острая фаза войны в Украине закончится. Но в любом случае, Европа не избежит головоломки, с которой она сталкивается уже не менее 200 лет: как управлять отношениями с огромной страной на востоке, чуждой по духу, но центральной для безопасности континента.

В то же время длинная береговая линия и большой континентальный шельф делают Россию ключевым игроком в будущем Арктики, поскольку быстрое потепление открывает ее для разведки и разработки огромных природных ресурсов и прибыльной морской торговли, в то же время порождая геополитическую конкуренцию.

В других регионах роль России будет менее заметна, но все еще важна для интересов США. На Ближнем Востоке конструктивные отношения со всеми крупными государствами региона: Египтом, Ираном, Израилем, Саудовской Аравией и Турцией – дают России возможность влиять на региональный баланс сил. Ее связи с Саудовской Аравией будут решающим образом влиять на мировые рынки нефти. А ее военные базы в Сирии позволят ей проецировать власть в Восточном Средиземноморье.

В Индо-Тихоокеанском регионе крупные, богатые полезными ископаемыми, малонаселенные территории России могут способствовать динамичному экономическому росту Китая, а ее отношения с другими ключевыми региональными игроками, такими как Индия, Япония и Южная Корея, могут помочь ограничить китайские амбиции.

Наконец, что касается транснациональных вызовов, Россия как один из четырех крупнейших источников парниковых газов будет неизбежным партнером в смягчении рисков изменения климата. Имея богатую историю по разработке вакцин, Россия также может стать главным игроком в борьбе со смертельными пандемиями.

«Короче говоря, США не смогут игнорировать Россию. Но, вопреки распространенному сегодня в Вашингтоне мнению, задача состоит не в том, чтобы сдерживать Россию. Вместо этого нам нужно выяснить, как использовать ее силу в американских целях на мировой арене», – считает автор.

Три задачи, которые определяли отношения с Россией за последние полвека или более, должны и дальше определять американскую политику.

Во-первых, это стремление к мирному сосуществованию, чтобы свести к минимуму риск ядерного катаклизма. Это императив для двух соперников, вместе контролирующих около 90% ядерного оружия в мире.

Во-вторых, это ответственное управление неизбежной конкуренцией во избежание прямой военной конфронтации, которая может перерасти в ядерную войну, особенно в Европе, на Ближнем Востоке и в Арктике, где Россия играет заметную роль.

И третья задача – взаимовыгодное сотрудничество с целью противодействия неотложным транснациональным угрозам, таким как изменение климата, распространение оружия массового поражения, международный терроризм и пандемии. В нынешних обстоятельствах следует добавить четвертую задачу: структурировать отношения с Россией так, чтобы наилучшим образом позиционировать Соединенные Штаты в противостоянии с их главным стратегическим соперником — Китаем.

Чтобы выполнить эти задачи, Вашингтон должен учитывать две вещи, идущие вразрез с сегодняшним общепринятым мнением.

«Во-первых, хотя есть веские основания стремиться ослабить Россию, чтобы она не имела возможности вторгнуться в любую европейскую страну, стремление подорвать российскую экономику фактически ставит под угрозу американские интересы. Как Вашингтон понял в последние дни существования Советского Союза, ему нужна Россия достаточно сильная, чтобы надежно контролировать свой арсенал оружия массового уничтожения, средства его доставки, а также материалы и знания, необходимые для ее создания. Россия также должна быть достаточно сильна, чтобы эффективно управлять собственной территорией и не допустить серьезной внутренней нестабильности, которая неизбежно перевернется на соседние регионы. И она должна быть достаточно сильной, чтобы вести переговоры и выполнять соглашения по сокращению выбросов парниковых газов и смягчению губительных последствий быстрого потепления Арктики», – считает Грэм.

Более противоречивым может быть интерес Вашингтона в достаточно сильной России, чтобы она могла играть роль в поддержании стабильного регионального баланса сил вдоль своей длинной периферии в Евразии. Слишком слабая Россия позволила бы Китаю получить эффективный контроль над российскими природными ресурсами, особенно на Дальнем Востоке. Слабая Россия также поставила бы под угрозу стабильность в Арктике и надежное управление Северным морским путем, одновременно поощряя большее китайское присутствие в ущерб США.

«И, по иронии судьбы, слабая Россия грозит подорвать единство Запада, сохраняющееся в значительной степени благодаря постоянному страху перед российской силой, как мы видим после вторжения России в Украину», – говорится в статье.

Во-вторых, хотя Россия давно потеряла центральное место в американской внешней политике, которое она когда-то занимала, Вашингтону все еще необходимо серьезно взаимодействовать с ней. Собственное поведение России сделало ее изгнанником в западном мире, но превращение ее в международного изгоя и дипломатическая изоляция в конечном счете исключит возможность продвижения американских интересов в таких ключевых вопросах, как стратегическая стабильность, европейская безопасность и изменение климата.

«По мере того, как острая фаза войны в Украине будет утихать, Вашингтону следует медленно восстанавливать разорванные каналы коммуникации. Но следует также помнить, что большинство проблемных вопросов в отношениях с Москвой уже не сугубо двусторонние. Их решение требует многосторонних усилий. По этой причине двусторонние отношения должны быть встроены в многосторонние рамки. Таким образом, умелое управление отношениями с другими странами станет решающим фактором в управлении отношениями с Россией», – пишет Грэм.

Три вопроса будут доминировать в отношениях США с Россией в ближайшие годы: стратегическая стабильность, европейская безопасность и Китай.

Стратегическая стабильность

Эпоха стратегической стабильности, основанной на взаимосвязанном наборе двусторонних американо-российских договоров о контроле над ядерными вооружениями, безвозвратно закончилась. Стратегический ландшафт быстро становится все более сложным и многополярным. Китай расширяет и модернизирует свой ядерный арсенал. И это означает, что любое будущее соглашение о контроле над ядерными вооружениями должно быть по меньшей мере трехсторонним. Технологический прогресс: искусственный интеллект, системы точного наведения – расширяют сферу применения стратегических вооружений, а распространение ракетных технологий и кибероружия увеличивает количество стран, которые могут влиять на стратегическое уравнение.

В этой среде стратегическая стабильность должна основываться на сетях двусторонних и многосторонних соглашений, договоренностей и кодексов поведения, а также на односторонних инициативах. Грэм указывает на большой опыт США и России в разработке концепций стратегической стабильности. Поэтому он допускает, что их сотрудничество будет иметь решающее значение в разработке будущих рамок.

Европейская безопасность

Главным вызовом будет примирить Россию с ситуацией, в которой для всех практических целей она больше не находится внутри Европы, а вынуждена иметь дело с более или менее политически консолидированной Европой. По мнению Москвы, такая ситуация лишает ее стратегической глубины, которую она считала важной для своей безопасности, и создает на ее границах государствообразование, превосходящее ее по численности населения, богатству и потенциалу власти.

«Большая ирония заключается в том, что именно вторжение России в Украину ускорило движение к этому результату», – пишет Грэм.

Как Запад мог бы примирить Москву с этими реалиями? Контроль над вооружениями и меры по развитию доверия и ослаблению напряженности вдоль длинной границы между НАТО и Россией имели решающее значение. Во время Холодной войны такой подход сработал. Важны также мощные консультативные механизмы.

Совет НАТО-Россия и Соглашение о партнерстве и сотрудничестве между ЕС и Россией, очевидно, мало что сделали для сдерживания серьезного ухудшения отношений. ОБСЕ постепенно превратилась в место для споров место платформы для достижения консенсуса.

«Но Москва, вероятно, увидела бы больше пользы в консультациях с НАТО и ЕС, если бы Европа имела определенную стратегическую автономию, а ЕС играл большую роль в вопросах безопасности. Как минимум, Москва могла бы сказать себе, что она больше не имеет дела с «коллективным Западом» под управлением единого центра в Вашингтоне», – считает автор.

Американо-российские отношения и Китай

Несмотря на нынешнюю тесную стратегическую сближенность России с Китаем, глубокие противоречия могут быстро возобновиться, поскольку быстрый экономический рост и технологический прогресс Китая увеличивают разрыв в силе между двумя странами. А геополитические амбиции Пекина все больше посягают на российское влияние на постсоветском пространстве. Россия уже защищается от чрезмерной зависимости от своего гигантского азиатского соседа, отчасти пытаясь встроить его в многосторонние форумы, такие как Шанхайская организация сотрудничества и БРИКС.

«Эта растущая асимметрия предоставляет США возможность ослабить стратегическую ориентацию России на Китай, поскольку Москва стремится сохранить свою стратегическую автономию, которую она так ценит. Руководящим принципом должно быть предоставление России альтернатив, которые усилят ее позицию на переговорах и сделают так, чтобы политические и коммерческие соглашения были не столь выгодны для Пекина», — говорится в статье.

Первым шагом могла бы стать нормализация дипломатических отношений, как только ситуация в Украине и вокруг нее позволит это сделать. Также можно было бы ослабить санкции таким образом, чтобы позволить западным компаниям сотрудничать с российскими фирмами в регионах, представляющих интерес для Китая, таких как Центральная Азия, Дальний Восток и Арктика. Такие шаги продемонстрировали бы, что у России есть другие перспективные варианты, кроме чрезмерной зависимости от Китая.

«Независимо от того, что прозойдет в Украине, США не смогут избавляться от России. Даже когда она кажется слабой, Россия обладает удивительной способностью делать свое присутствие ощутимым на мировой арене, и возможности для этого будут умножаться по мере того, как мировой порядок во главе с США будет переживать все больший стресс, медленно уступая новому, в котором власть более рассредоточена», – считает американский автор.

В этом новом мировом порядке вызов для США состоит не в том, чтобы победить Россию, как считает большинство американского внешнеполитического истеблишмента, а в том, чтобы умело использовать отношения с соперником для построения нового глобального равновесия, способствующего американским интересам.

Последние новости

Похожие новости